Харьковский Швейцер

11 ноября поляки отмечают свой главный национальный праздник - День независимости страны. В истории наших народов были разные периоды, но сегодня именно Польша является для Украины главным другом на Западе и ее неизменным «адвокатом» в Европе. Впрочем, на сей раз речь пойдет не об Александре Квасьневском, Иоанне Павле II или Адаме Михнике, а об их малоизвестном земляке, которым харьковчане вправе гордиться.

Среди плеяды прославленных в нашем городе поляков многие, наверное, вспомнят попечителя Харьковского университета графа Северина Потоцкого, выдающегося художника Генрика Семирадского, первого кинематографиста Альфреда Федецкого, знаменитого политика Юзефа Пилсудского, блистательного композитора Сергея Борткевича, самобытного архитектора Болеслава Михайловского, университетского профессора, авторитетного юриста и брата именитого поэта Александра Мицкевича. Но, рискну утверждать, что больше всех среди поляков для нашего края сделал увековеченный еще при жизни врач - бессеребренник Владислав Андреевич Франковский. Именем почетного гражданина Харькова еще при жизни была названа улица в центре города, а коллеги и больные называли его не иначе как идеалом доктора. Как говорили современники, за полвека служения в Харькове не было ни одного дома, где Франковский не побывал бы в качестве врача. Причем часто помощь он оказывал бесплатно и даже сам платил за лекарства. Именно ему горожане обязаны первой детской инфекционной больницей, санитарной службой, приютом для неизлечимых больных, спасением от многочисленных эпидемий и многим-многим другим.

Поляк по национальности и католик по вероисповеданию, Владислав Андреевич Франковский родился в 1819 году в дворянской семье в Мозырском уезде Минской губернии. В раннем детстве он остался сиротой, воспитываясь среди чужих людей в лишениях и суровом обхождении. С раннего детства на личном опыте ему пришлось познать, что такое боль и нужда. Чувство сострадания он пронес через всю жизнь, сделав смыслом своего существования помощь обездоленным. Вначале Франковскому удалось поступить в Виленскую медико-хирургическую академию, но из-за нехватки средств со второго курса он перевелся в Харьковский университет, где обучался за казенный счет. В 1840 году молодой эскулап успешно сдал все экзамены и получил звание лекаря. Еще студентом, Владислав Андреевич оказывал медицинскую помощь в самых нищих кварталах города. В течение пяти лет он работал ординатором терапевтической клиники, а затем был назначен врачом, обслуживающим учащихся ветеринарного училища. Должность эту начинающий доктор исполнял не только бесплатно, но еще и ежегодно жертвовал по 60 рублей на лекарства для больных. Затем в течение десяти лет работал в должности акушера при городской Врачебной управе. Уже тогда он столкнулся с ужасающей статистикой – половина детей умирали в младенчестве. Франковский пытался хоть как-то исправить ситуацию: спонсировал малообеспеченных студентов, лез в подвалы и на чердаки, вовлекал в благотворительные акции коллег. Он был нравственным примером своего сословия и последним утешением обездоленных. Пожалуй, действительно, в городе не существовало дома, где бы он не побывал, причем часто за лечение пациентов Владислав Андреевич платил из собственного кармана. О масштабах его деятельности может свидетельствовать хотя бы тот факт, что в 1901 году население Харькова насчитывало 198 тыс. человек, а в его личной амбулатории было зарегистрировано более 200 тыс. больных.

До открытия лечебницы Медицинского общества в нашем городе существовали только частные больницы. Поэтому амбулатория Франковского была единственным местом, где охотно принимали неимущих пациентов. В период эпидемии холеры, которая свирепствовала на Слобожаншине в 1847-1848 годах, польский доктор заведовал большой, но недостаточно оборудованной клиникой, приспособленной для больных, подхвативших опасную инфекцию. С присущей ему самоотверженностью именитый врач неустанно трудился, исполняя работу фельдшера, а иногда даже сиделки.

Следует заметить, что середина позапрошлого века – это время массовых эпидемий. За несколько лет до холеры, в Харькове и его окрестностях свирепствовала жесточайшая цинга. Ведомство казенных крестьян открыло в городе временную больницу, заведовать которой поручили Владиславу Андреевичу. Несмотря на большую смертность населения, в самой больнице, благодаря тщательному уходу и стараниям Франковского, почти все выздоровели. Позже, когда открылось Медицинское общество и на его заседаниях решались вопросы, связанные с организацией борьбы с эпидемиями, польский врач являлся одним из самых деятельных и влиятельных его участников.

Энергии и работоспособности местного Швейцера можно было только позавидовать. В Крымскую кампанию 1854-1855 годов Франковский бесплатно лечил в военно-временном отделении Харьковской губернской больницы. В 1879 году он был награжден знаком Красного Креста за оказание безвозмездной помощи раненым и больным воинам во время Турецкой войны. Два десятилетия безотказный доктор добросовестно занимал должность почетного мирового судьи, опекал душевнобольных, создавал городскую санитарную службу, активно участвовал в деятельности благотворительного общества, являлся гласным городской Думы, почти 40 лет на общественных началах исполнял обязанность врача в харьковском детском приюте и доме призрения.

Впрочем, сам Владислав Франковский считал делом своей жизни создание в городе бесплатной детской больницы. Он выступал в Думе и в Харьковском медицинском обществе с докладами, обосновывавшими злободневность постановки вопроса об открытии такого лечебного учреждения. По подсчетам врача, в 70-х годах Х1Х века в городе ежегодно умирало половина рождавшихся детей, а среди низших сословий эта цифра была значительно больше. Лечить бедняку их было негде, да и фактически не у кого. В многодетных семьях болезнь поражала всех молниеносно, поскольку изолировать кого-то на карантин не представлялось возможным. Потребность в детской больнице чувствовалась давно, и хотя Франковский начал ходатайствовать об ее открытии с 1872 г., своего удовлетворения она дождалась лишь в 1878 году. Именно тогда Дума приняла решение открыть временную больницу на 20 коек при Обществе призрения бесприютных детей, а сам Владислав Андреевич был назначен ее попечителем.

По воспоминаниям современников, Франковский принял на себя все организаторские хлопоты, вложив в ее создание собственные средства. Он пожертвовал часть мебели, медицинские аппараты, шкаф для библиотеки и некоторые сочинения по детским болезням. В 1879 г. по решению городской Думы больница была преобразована в постоянную. Она стала называться в честь убитого губернатора Кропоткинской и принята в ведение городского управления. Это была первая провинциальная детская инфекционная больница в Российской империи.

За полвека служения в Харькове, польский врач практически не покидал наш город. Ему хватало здесь работы, и, видимо, в этом кроется ответ на вопрос, почему о нем так мало знают за пределами Слобожанщины. Между тем, современники настолько почитали Франковского, что при жизни даже увековечили его именем улицу. Редчайший, к слову, случай. В 1894 году в честь почетного гражданина Харькова городская Дума решила объединить Бахметьевский переулок с Рыжовской набережной и переименовать его в улицу Франковскую.

Любопытно, что в 1895 году, после смерти врача, местные власти захотели создать при Харьковской городской больнице приют имени В.А.Франковского для неизлечимых больных. Как тогда писали «без различия звания, вероисповедания и состояния». Был образован комитет для сбора пожертвований. Известный меценат М.Х.Гельферих выделил под строительство здания 1200 кв. сажен земли. Всем миром стали собирать нужную сумму. Деньги на хоспис поступали самыми разными способами: от чтения лекций до кружечного сбора в церквях. С разрешения министра устроили даже лотерею художественных полотен, которые были пожертвованы известными художниками, в том числе Айвазовским и Репиным. Наконец необходимые средства собрали, здание построили, представили на утверждение устав. Однако дальше во всю проявилось харьковское жлобство. Администрация потребовала включить в документы указание, что в приют принимаются только лица, имеющие право жительства в нашем городе. Это в корне противоречило одному из главных принципов, который закладывался еще при жизни Франковского. Харьковское Медицинское общество пыталось обжаловать требование администрации, но, увы, безрезультатно. Как следствие, приют так и не был открыт. Возможно, уже в наше время историческая справедливость восторжествует и именем прославленного доктора назовут харьковский хоспис.

В общем, если вы свернете возле набережной с Московского проспекта вглубь района и увидите улицу Франковскую, то знайте: она названа не в честь украинского писателя-каменяра, западно-германских племен или главного редактора журнала «Футбол». Это дань памяти города местному Швейцеру, великому врачу, наверное, самому великому поляку Харькова, Владиславу Андреевичу Франковскому.

Владимир ЧИСТИЛИН. Главное